урождённого пространственника и мало отличалась оттенком от кожи Сарины. Рост… ещё одна раздражающая черта: Аниэр Литто Эссори возвышался башней почти над любым виирай. Дочь Энара, например (он частенько называл её именно так: «дочь

Энара», смешивая фамильярность с насмешкой) отставала от него на полторы головы. А если ссутулиться – то почти на две.

Сам Аниэр не сутулился. Наоборот. Прятаться – это было не в его правилах. Рост, происхождение, уровень и ранг… он не скрывал ничего, чем привык гордиться.

Индюк надутый.

– Что тебе нужно?

Нелюбезна. Как всегда.

И вслух:

– Высшие просили передать, что вас желают видеть в Центре.

Нашли посланника.

– Проводишь меня, Эссори?

Лёгкая улыбка. На той неуловимой грани, где презрение уже явственно ощутимо… и вместе с тем не столь отчётливо, чтобы стать оскорблением.

– Разве дочери Энара нужны провожатые?

Улыбка в ответ. В её изгибе легко можно прочесть утомление от чужой глупости.

– Если Высшие просили, значит, такова их воля.

Лицо – каменная маска. Мгновенно. Щиты уплотнены ещё быстрее, со скоростью мысли.

– Иди за мной.

Сарина повиновалась. И пока она шла за отпрыском ген-линии Эссори, в её голове роились необычные мысли.

Необычные? Да. Но достаточно приятные.

«Почему раньше я не замечала, что ты мелок, Аниэр? Мелок на удивление… и рост здесь ни при чём. Или это я сама так стремительно выросла, что теперь ты кажешься мне иным? Ты был на два курса старше и при равном ранге заметно искуснее…

Именно, что был. В степени Владения мы, самое малое, сравнялись… но это имеет меньшее значение, чем мне раньше мнилось.

Кажется, я стала взрослой раньше тебя, Аниэр».

Когда Сарина и Аниэр вошли в помещение Центра, к ним синхронно повернулись три головы. Четвёртая – голова Мерана Ликса Техата – не шелохнулась, а его веки